Насмотревшись телевизора и наслушавшись страшилок от знакомых, я пришла к выводу, что в структуре смертности давно уже пора вводить новую графу «смерть от врачебной ошибки». Как никак, если верить «Российской газете» (а они в свою очередь основываются на результатах подсчетов некой общественной организации «Лига защиты пациентов») 50 000 жизней уносят каждый год халтура и просчеты медиков в одной только России — а это уже достаточно значимая цифра.

Вот только мне очень интересно, как был рассчитан такой результат. Насколько я знаю, диагноза такого нет и, о сжальтесь боги, не появится. Есть правда понятие «расхождение диагноза», но это еще далекоооо не повод утверждать, что причиной смерти стал доктор. Кроме того, в этой же статье автор переживает, что из 50 тысяч смертей только 1-2 доходят до прокуратуры и суда (то есть эти случаи в принципе можно считать доказанными хоть как-то). Значит, еще более непонятна эта жуткая многотысячная цифра.

Ну да ладно, не хочу комментировать каждое предложение и каждое громкое заявление журналиста — пусть это останется на его совести.
Я хочу поговорить о другом — по-моему, врачи, да и вообще весь медперсонал (ладно, гардеробщицы и вахтеры не при чем) стали чем-то вроде боксерской груши для общества. «Жизнь — г..но, в душу — наср..ли, пойду чтоль жалобу напишу на участкового — он, гад, на меня не так вчера посмотрел — авось полегчает». Да, именно такие мысли все чаще читаются в мутном взгляде моих пациентов.

Приходишь на работу в приподнятом настроении, со всеми здороваешься, всем улыбаешься, тешишь себя мыслью, что уж сегодня точно прольешь на головы этих сирых и убогих свет знаний, понимания, надежды, непременно всех вылечишь, вернешь мужей в семьи и детей из интернета.
Если повезет, успеешь осчастливить одного-двух пациентов. Третий уже с порога, не дождавшись света твоей исцеляющей улыбки, польет тебя вагоном грязи, изнасилует твой мозг и вытрет ноги, а на прощанье пообещает написать отзыв в Великой Книге Жалоб. И ведь напишет.

А потом начальство будет долго и нудно склонять твое имя во всех падежах, обещать выплаты отрицательной премии и требовать «улучшения качества обслуживания».
А на следующий день торжествующий пациент придет снова, придет заранее, чтобы пролить свой свет истины на очередь у кабинета столь «любимого» им врача. И на приеме будет необычайно улыбчив, ведь теперь он знает как прищемить докторишке хвост и лапы. Он — хозяин положения.

А доктор стерпит — ничего другого все равно не остается, ведь везде такая же ситуация, редко какой начальник решится стать на защиту подчиненного. За свои 200-400 долларов зарплаты в нашей стране доктор должен не только лечить людей, дежурить каждую 2-3-ю ночь, но и терпеть бесконечные жалобы.
Ах да, я же совсем забыла — у медработников есть собственный профсоюз, который призван защищать их интересы… а практике о нем вспоминаешь, лишь перечисляя в неизвестное далеко 1% от и без того копеечной зарплаты, в остальных случаях его не видно и не слышно.

Я не хочу сейчас говорить о тех громких делах, о которых вещают из зомбоящика в передачах типа «Преступление и наказание». Я убеждена, что 80% врачебных «ошибок» можно избежать, просто поговорив с лечащим врачом, обсудив с ним свои страхи и опасения.
Еще 19% претензий разрешатся после нормализации труда медработников, чтобы не приходилось работать по 48 часов, если хочешь хоть как-то прокормить семью, чтобы хотя бы базовые методы диагностики были доступны всегда и везде, чтобы врач в своей работе мог думать именно о работе, а не о том, где купить новый халат/костюм, где набраться ручек для написания тонны бумажек, в какой угол забиться, чтобы спокойно выпить чашку кофе, да и в конце концов — куда налить из литровой бадьи 10мл злосчастного канцелярского клея.
И только 1% — это действительно ошибки и халатность.

Тема эта бесконечна, и мы еще не раз, я уверена, вернемся к ее обсуждению.